| Интервью №3. Юлия Никитина

| Интервью №3. Юлия Никитина

Юлия Никитина — кофаундер и управляющий директор VENU, современного пространства для творческой и предпринимательской деятельности, открытого в прошлом году в самом сердце Амстердама. За 10 лет жизни в этом городе Юлия успела запустить два успешных бизнеса: многим она знакома по предыдущему проекту — кофейне Coffee Sometime. Мы поговорили с ней о ведении бизнеса в Нидерландах, выборочном родительстве и очарованности Амстердамом.

Про VENU и ведение бизнеса в Нидерландах

| Юлия, в чем заключается ваша роль кофаундера, за что именно вы отвечаете в VENU?

Я управляющий директор, а также выбираю партнеров, с которыми мы работаем, начиная с производителей мебели и заканчивая поставщиками кофе и бумажных стаканчиков. Пока мы в начальной стадии, поэтому ряд финансовых и hr-задач на данный момент на мне, то есть эту часть бизнеса я контролирую тоже.

| Почему вы открыли такое пространство?

Мы с моим бизнес-партнером, Олей Коновальчук, независимо друг от друга наблюдали за трендами, за тем, как люди работают из кафе, и как владельцы этих кафе страдают от лэптоп-трафика, совершенно не знают, что с этим делать, как его монетизировать. То есть, мы искали, что предложить миру и как решить эту проблему.

| А у кого из вас появилась идея?

Это наша совместная идея, такая синергия.

| Но кто-то же пришел первым и сказал: «Давай делать»?

Ой, получилось очень интересно. У нас с Олей есть общая знакомая, и мы как-то параллельно, не зная друг друга, с этой общей знакомой делились разными идеями. У меня тогда свое было кафе, и я говорила: «Не понимаю, что делать с людьми, которые часами сидят у нас с компьютерами». И в то же время Оля, которая тогда работала в Ebay, параллельно ей писала: «Мне кажется, что-то с офисами будет происходить». И в какой-то момент наша знакомая поняла, что у нас как будто бы одна и та же идея, и предложила нам встретиться.

| То есть это было совпадение, вы даже не были знакомы до этого?

Вообще не были знакомы. Но мы очень быстро созвонились и договорились встретиться. У нас случилась какая-то такая безумная энергетическая беседа, мы друг друга буквально перебивали и проговорили несколько часов! У нас был взгляд на идею с разных сторон и с разного опыта, и она сложилась, как пазл, в одну. Получается, Оля привнесла корпоративный опыт, а я — опыт управления кафе. Сразу после этого мы встретились еще раз и буквально проработали весь день: записывали все идеи, что это может быть, как это можно оформить, и в целом мы тут же прописали все положения, обо всем договорились, выбрали юриста, к которому пойдем все оформлять.

| И название тоже сразу придумали?

Нет, единственное, что мы не знали – то, как это будет называться, а имя здесь было очень важно. Сначала мы хотели совместить «кофе» и «офис», поэтому экспериментировали с дурацкими именами, типа «Кофис», «Кофрис» – какими-то совершенно страшно произносимыми. Но потом решили подумать, какие действия люди будут выполнять, приходя к нам, и так появилась идея venue как пункта назначения. И это был просто какой-то магический момент, потому что я написала Оле: «А что, если VENU?», и она отвечает: «Это оно!». И мы начинаем друг другу звонить и кричать: «Это оно!». И пошли с этим именем регистрироваться.
Прихожу, а там нет мест, потому что все сидят с компьютерами. И вот я стою на улице, ужасно голодная, и думаю: «Ну все! Вот точно, вы все — мои клиенты!»

| Как вы нашли помещение? Мне кажется, в Амстердаме это сложно.

Я просто сама решила ездить по Амстердаму, искать, что сдается, потому что, когда смотришь онлайн, многих помещений нет. Я поездила по каналам, но ничего не нашла и, проголодавшись, пошла в Тoki, как раз здесь за углом. Прихожу, а там нет мест, потому что все сидят с компьютерами. И вот я стою на улице, ужасно голодная, и думаю: «Ну все! Вот точно, вы все — мои клиенты!». Пока там была эта очередь, я решила прогуляться. А буквально за углом, на Haarlemmerdijk, смотрю — табличка «Te huur» — сдается. Я тут же звоню агенту, и мы договариваемся на 9 утра на следующий день прийти посмотреть. И тут я понимаю, что это та же локация, которую я нашла еще в 2017 году, у меня даже есть фотография, где я стою возле этой двери. Тогда у меня были идеи других проектов, не VENU. И вот на следующий день мы сюда заходим, и Оля через секунду говорит: «Ну все, давай, подписывай, берем». То есть это было настолько «Вот, это оно!», в секунду.

| Значит, вы доверяете интуиции и таким моментам, когда все совпадает?

Да, такой искре радости, в животе бабочки! Это очень классно — такой момент, что все вот так, как нужно. И мы сразу отправили документы, договорились по цене, по депозиту и по всем разным делам. И, собственно, в мае получили ключи от помещения и начали стройку.

|
Невозможно не отметить лаконичность дизайна VENU. Как проходила стадия оформления помещения?

В целом, само помещение было в довольно хорошем состоянии, поэтому ему не требовалось какого-то капитального ремонта. Через Инстаграм я нашла архитектора Viktorija Valiulyte, она занималась проектом, который мне очень нравится. Главная задача здесь была – найти человека с опытом более масштабных проектов или проектов, которые масштабируются под определённую задачу – создать такое гибридное пространство, что-то среднее между кафе и офисом, но при этом полностью отойти от принятого стиля одного либо другого типа помещений. При этом у меня было понимание, что нужно сделать: мне хотелось какой-то новый look нащупать, который можно было бы легко потом во франшизах использовать. В мае мы начали разрабатывать проект и идею с зонами и посадкой. И просто работали методом проб и ошибок. Например, перекрашивали несколько раз все помещение, потому что нам нужно было найти этот правильный оттенок бежевого. А бежевый — очень сложный цвет, он при разном освещении может уходить в желтизну, в коричневый, создавать очень унылое настроение. Когда строители гордо представляли свою работу, я говорила: «По-моему, все-таки что-то не то». Но на четвертый раз получилось найти этот правильный цвет! У меня спрашивают иногда, как он называется, а я не знаю, потому что у нас была штукатурка и был просто бежевый натуральный пигмент, который мы добавляли в каждый пробник и замешивали.

| Столкнулись ли вы с каким-то проблемами при подготовке?

Все задерживалось, естественно, из-за короны, но в целом прошло гладко. Самая основная проблема была с диванами из Литвы. Сначала мы их ждали почти 12 недель, потом оказалось, что они полетели в Копенгаген вместо Амстердама. Оттуда их отправили фурой, водитель которой очень торопился и почему-то подъехал к нам с противоположной стороны улицы. Такая картина: он едет по встречке по этой узенькой улочке, ему навстречу несутся велосипеды, машины не могут объехать, все возмущаются. Он просто встает посреди дороги, а через три секунды естественно приезжает полиция: четыре полицейских машины с сиренами, мигалками. Тут выясняется, что водитель не говорит ни на каких языках, кроме литовского и русского. Я объяснила ему, что нужно каким-то образом развернуться, он начинает сдавать задом и просто сносит козырек соседнего тату-салона. Оттуда вылетает женщина в татуировках, тоже начинает кричать. Я думаю, ну все, еще не заехали, а уже наработали врагов: выстраивается огромная очередь из машин, все пищат. В общем, потом он развернулся и говорит: «Ну, разгружайте». Я говорю: «В смысле?», а он такой: «Моя задача – только привезти». Хорошо, что мы на этот день наняли фотографа, он прилетел из Лондона и со мной ждал эти диваны: нам с ним пришлось разгружать диваны. С рядом других проектов у меня все время что-то ломалось, слетало, не работала техника, а тут никаких проблем не происходило, кроме таких смешных историй, которые сейчас классно вспомнить.

| Хорошо, что теперь эта история кажется веселой! И когда получилось открыться?

В середине июля в целом 70% было готово, и мы сделали небольшую вечеринку-открытие, чтобы потестить, как люди здесь передвигаются, как им комфортно находиться, куда они сядут, как быстро мы можем их обслуживать с бара... То есть мы просчитывали каждое движение из точки А в точку Б, чтобы точно знать, что конкретно мы делаем.

| Ваш план был идеальным, или вы что-то потом поменяли?

Идея была именно в том, что мы поэкспериментируем. Ну, в этом случае это я, Оля не настолько безумная. Очень видно, когда человеку некомфортно сидеть, видно, в какую сторону он заваливается, начинает ли он вздыхать. Поэтому я передвигала раз 150 всю мебель, искала правильные позиции. У меня есть какая-то своя идея правильного пространства, правильного цвета. Потом мы сделали тестовые недели и со всеми заходившими просто общались, спрашивали: «Ну как вам? Что ещё можно было бы добавить?» И вот так, благодаря фидбеку от наших гостей, в сентябре запустили финальную версию проекта.
Понятно, что есть много сложностей с налоговой, но человеческая коммуникация поддерживает и дает право на ошибку. То есть, они предоставляют право на ошибку и тебе, и себе. Это здорово, потому что они тоже часто ошибаются.

| Ваша любовь к дизайну – врожденная или вы учились этому? Нет ли дома стопки архитектурных журналов?..

Стопка есть, да. Я обожаю интерьерный и концептуальный коммерческий дизайн, когда помещение исполняется под какую-то определенную задачу, какие это должны быть текстуры, ткани, материалы. Я никогда не училась на дизайнера, но работала с разными архитекторами, и очень это все впиталось. Если мне нравится помещение, я всегда спрошу, кто архитектор, и узнаю его историю. Документальные фильмы про архитекторов обожаю просто смотреть, езжу на выставки в Милан, в Париж.

| Как строится ваше партнерство? Вы свои деньги вложили в VENU?

Оля — наш основной инвестор. У нас есть определенные договоренности относительно моих компенсаций последующих, и документы мы тоже делали каждая — за свой счет, но для первого проекта этого было достаточно. То есть понятно, что на развитие, на сотню локаций мы будем привлекать сторонние инвестиции, но пока что не нужно.

| То есть вообще все своими силами получилось? В начале февраля познакомились, а в сентябре открылись?

Это Оля, она очень такая — побежали, поскакали. У нее столько энергии, она просто потрясающий человек с огромным опытом, с ней очень круто. Мне кажется, что в партнерстве это сложный момент, когда ты бежишь вперед, а другой человек очень фокусируется на деталях. Я могу зацикливаться, например, как на цвете стен, а Оля говорит: «Ну, перекрашивай, сколько тебе нужно, но не делай это, чтобы уж совсем очень много времени заняло». Просто огромная благодарность ей, что она это принимает.

| Чем ведение бизнеса в Нидерландах отличается от ведения бизнеса, например, в России?

У меня нет такого опыта, но есть друзья-предприниматели в России, и я могу только так сравнить. Мне кажется, что в Нидерландах бизнес вести легче. Здесь много доступной информации, и всегда можно позвонить, сказать «Извините, я не понимаю» и получить помощь даже на английском языке. Это очень классно, что можно прояснить и разобраться. В том числе, если ты фрилансер. Поэтому тут так много фрилансеров: все уходят из корпораций и работают парт-тайм, потому что малый бизнес настолько понятный. Удобно, что все можно сделать онлайн, что весь документооборот электронный. Понятно, что есть много сложностей с налоговой, но вот эта человеческая коммуникация поддерживает и дает право на ошибку. То есть, они предоставляют право на ошибку и тебе, и себе. Это здорово, потому что они тоже часто ошибаются.
Все говорят: «Не сдавайтесь, надо снова пробовать. Вот кто-то провалился, а потом стал миллиардером», ты слышишь такие истории повсеместно. Но между провалом и успехом есть какая-то дорога, о которой, как правило, никто не знает.

Про важность провала и семейную жизнь

| Я знаю, что до VENU вы были совладелицей кофейни Coffee Sometime. Расскажете про это?

Да, спасибо за вопрос. Для меня это важный этап жизни, важный опыт предпринимательства с разных совершенно сторон. Мне очень хотелось открыть кофейню, потому что я увлекаюсь кофе, хотя опыта с общепитом у меня никакого не было. И когда все это сложилось, мне пришлось пройти школу такого физического предпринимательства, и я очень быстро поняла, что не хочу заниматься едой и кухней. Я обожаю кофе и бар, я их понимаю, но при этом ничего не понимаю в кухне. А еще посетители кофейни не так ценят пространство: в какой-то момент у нас было битком, так что эта история оказалась совсем не про дизайн.

| Звучит, будто это история про успех.

Так кажется, да. Но это скорее про популярность. Тут сложная математика: у нас быстро росло количество клиентов, но одновременно росли затраты на персонал и сток. Когда ты нанимаешь персонал официально в Нидерландах, у тебя получаются огромные налоги. Плюс, если ты покупаешь 200 авокадо, а из них 100 — плохие, их надо выбрасывать. И вот из-за таких трат ты смотришь на выручку в конце месяца — она растет, но профит тот же, что был полгода назад. И еще я такая мама в помещении, мне важно поухаживать за посетителями, быть очень вежливой, но когда у нас сидели люди с ноутбуком и одним кофе целый день, я поняла, что мне вот их даже отправить некуда. И тогда я стала думать: «А что если сделать что-то, куда они могли бы приходить?» — то есть идея VENU пришла ко мне тогда.

| Поэтому вы решили уйти?

Скорее из-за того, что у нас не складывались отношения с бизнес-партнером. Но я вышла, сохранив название Coffee Sometime — теперь это название моей личной компании. Для меня кафе было мечтой, поэтому это было очень тяжело эмоционально. Мне тогда казалось, что весь мир рухнул, что это провал. Все говорят: «Не сдавайтесь, надо снова пробовать. Вот кто-то провалился, а потом стал миллиардером», ты слышишь такие истории повсеместно. Но между провалом и успехом есть какая-то дорога, о которой, как правило, никто не знает. Это такой процесс, много с чем приходится справляться. Но когда этот барабан остановится, ты можешь кое-что из этой истории взять, чему-то научиться. Когда открываешь первый проект, ты такой мечтатель. Тебе бухгалтер говорит: «А какой план выхода?», а ты в ответ: «Какого выхода? Все будет отлично! Не буду думать о плохом!» И когда оно не складывается, важно отделить себя от своей мечты и остаться в критическом поле. Уже в работе с VENU, Оля у меня спросила, проваливала ли я какие-то проекты. Мне было страшно ей признаться, но я ответила, что да. А она говорит: «Это очень хорошо: у тебя есть опыт, как выходить из минусов, ты понимаешь риски, ты их прощупала — это бесценно». Я точно многому научилась с Coffee Sometime, и, может быть, поэтому с VENU все складывалось гораздо легче.

| Ведете ли вы какие-то другие проекты, кроме VENU?

У меня есть проекты, которые я консультирую по бизнес-идеям и концепту, даю взгляд со стороны. Это обычно гибридные пространства, которые совмещают кафе и магазин, например. Но я беру только интересные проекты с классными архитекторами.

| Как вам удается совмещать владение бизнесом и семейную жизнь?

У меня нет выходных или отпуска, то есть время на рабочее и нерабочее я не совсем делю. Я работаю регулярно и восстанавливаюсь короткими промежутками: например, если в течение дня я побуду одна, меня это очень хорошо зарядит. Но, на самом деле, я очень люблю работать, так что работа вплетена в мою жизнь: обычно первую половину дня провожу встречи с партнерами, вторую половину — с дочерью, а вечером еще что-то доделываю, отвечаю на имейлы. Я люблю работать в воскресенье в первой половине дня, потому что это такой спокойный день, когда VENU закрыт. Это мой финансовый день, когда я смотрю результаты недели в спокойном режиме. Имея хаотичный и бесконтрольный опыт ведения бизнеса с Coffee Sometime, моя задача была выстроить бизнес-процессы таким образом, чтобы они работали как часы, без сильного вовлечения с моей стороны. Тем более, Софии сейчас 10 — стало проще.

| А когда она была младше?

Тогда было очень сложно, такое постоянное лавирование. Но ко мне каждые 2 месяца приезжала мама. У меня это очень налажено с семьей: мои родители созваниваются с Софией постоянно, занимаются с ней. Я не очень вовлечена в школьную историю: редко участвую в активностях, удалила себя из школьного чата. Но вот поэтому и получается так хорошо совмещать родительство и работу: мой подход к родительству выборочный. Единственный минус — мы редко проводим время все вместе. То есть обычно либо я с Софией, либо муж. Но когда я поняла, что София при этом прекрасно говорит на трех с половиной языках, то подумала, что, наверное, все хорошо, и это для нас работает.
Когда я приехала в Амстердам, просто выдохнула: так здесь все понятно и легко.

Про переезд и Амстердам

| Как давно вы переехали в Амстердам и почему?

10 лет назад, довольно спонтанно и вскоре после родов. Вся моя беременность проходила в Москве, я переехала туда из Калининграда. Мне там было очень трудно, и я понимала, что еще куда-то перееду, только куда — непонятно. Тогда я работала в IT, в разработках рекламного софта. Когда Софии исполнилось 4 месяца, мне нужно было в Амстердам по работе, на конференцию. Приехав, я просто в секунду поняла, что тут очень легко: прекрасная погода, удобная городская среда и все понятно. То есть, основной мотивацией стало то, что здесь легче быть именно родителем. У моей компании был офис в Нидерландах, так что я, получается, себя в него перевела, переустроила. Я знаю, что есть разные истории переезда, у каждого она своя. Но из-за того, что в моем случае всеми документами занимались юристы, все прошло довольно просто.

| А были ли какие-то сложности с адаптацией?

Я переехала туда, куда хотела, поэтому нет. Скорее я себя здесь почувствовала как дома. Мне в Москве было сложно, особенно после Калининграда: понять, как там все устроено, эти длинные поездки в метро. Когда я приехала сюда, просто выдохнула: так здесь все понятно и легко. И начался очень романтический период. Единственное, при том, что я учила английский всю свою жизнь, первое время у меня были проблемы с языком: голландское произношение английского вводило меня в ступор, я не могла никому звонить и делала все по имейлу. Но потом я перестроилась и разговорилась. Еще первое время с нидерландцами совсем никак не соприкасалась, поэтому у меня процесса интеграции тоже не было. Первый полноценный случай произошел, когда мне пришло письмо, что ребенку пора в школу. Наверное, только в тот момент я поняла, что пора вникнуть в структуру.

Про переезд и Амстердам

| Как давно вы переехали в Амстердам и почему?

10 лет назад, довольно спонтанно и вскоре после родов. Вся моя беременность проходила в Москве, я переехала туда из Калининграда. Мне там было очень трудно, и я понимала, что еще куда-то перееду, только куда — непонятно. Тогда я работала в IT, в разработках рекламного софта. Когда Софии исполнилось 4 месяца, мне нужно было в Амстердам по работе, на конференцию. Приехав, я просто в секунду поняла, что тут очень легко: прекрасная погода, удобная городская среда и все понятно. То есть, основной мотивацией стало то, что здесь легче быть именно родителем. У моей компании был офис в Нидерландах, так что я, получается, себя в него перевела, переустроила. Я знаю, что есть разные истории переезда, у каждого она своя. Но из-за того, что в моем случае всеми документами занимались юристы, все прошло довольно просто.

| А были ли какие-то сложности с адаптацией?

Я переехала туда, куда хотела, поэтому нет. Скорее я себя здесь почувствовала как дома. Мне в Москве было сложно, особенно после Калининграда: понять, как там все устроено, эти длинные поездки в метро. Когда я приехала сюда, просто выдохнула: так здесь все понятно и легко. И начался очень романтический период.
Единственное, при том, что я учила английский всю свою жизнь, и это была моя специализация в университете, первое время у меня были проблемы с языком: голландское произношение английского вводило меня в ступор, я не могла никому звонить и делала все по имейлу. Но потом перестроилась и разговорилась. Еще поначалу с нидерландцами совсем никак не соприкасалась, поэтому у меня процесса интеграции тоже не было. Первый полноценный случай произошел, когда мне пришло письмо, что ребенку пора в школу. Наверное, только в тот момент я поняла, что пора вникнуть в структуру.

| И пришлось выучить голландский?

Да, но на нем совершенно не разговариваю. Я закончила два университетских курса, получила дипломы, хорошо читаю и воспринимаю его на слух, но когда мне нужно говорить с кем-то, я не могу найти правильные слова. Из-за этого возникает внутренний конфликт, и тогда я переключаюсь на английский или прошу говорить помедленнее. Интересно, что мне даже не приходится разговаривать на голландском с друзьями Софии: дети между собой говорят на английском тоже.

| Чувствуете ли вы себя достаточно ассимилировавшейся?

Да, абсолютно. Чувствую себя здесь как рыба в воде, понимаю, как все устроено, и люблю делиться своим опытом с теми, кто в этом нуждается. Понятно, что какие-то вещи я не понимаю, но из-за того, что я переехала полная любопытства и очарованная, у меня быстро выработались какие-то свои места и маршруты.

| А очарованность городом сохранилась?

Это ощущение вернулось особенно во время локдауна. За последние 10 лет город сильно не изменился, но увеличилась его загруженность, и это стало меня раздражать. В какой-то момент мне стало здесь тесно: я вообще не ездила в центр, пропала заинтересованность гулять, особенно когда идешь пешком, а тебе со всех сторон сигналят. Мы даже думали переехать куда-то, а потом случился локдаун, и я опять очаровалась Амстердамом. Кажется, что люди все подобрели. Я снова стала ходить на Нордермаркт, который я обожаю, потому что ты теперь стоишь в очереди за людьми, которые тоже живут здесь, а не просто снимают видео в Инстаграм. Так что этот год я снова наслаждаюсь городом.

Блиц-опрос:

| Что для вас значит успех?

Чувство окрыленности.


| Лучший выходной — это?

Работать в воскресенье.


| Любимые места Амстердама?

Coffee district, променад возле EYE museum, ресторан De Kaas — такой прозрачный стеклянный дом посреди парка, там прекрасно ранним утром.

«

»